Курс лавинной безопасности: чему учат и кому он нужен до первого выхода

Утро после большого снегопада. С верхней станции видно, как по нетронутой целине рядом с трассой уходят первые следы, ровные, красивые, будто нарисованные. Человек рядом с вами у ограждения говорит: «Там же гид впереди, что может случиться». И в этот момент понятно, что он не знает ответа на вопрос, что он сам будет делать, если с гидом случится то, от чего гид должен защищать.

Лавинный курс нужен ровно для этого. Не для того, чтобы ходить в горы без гида, а чтобы не быть пассажиром, который в случае беды может только стоять и смотреть. Что обычно входит в такой курс и где его пределы, опишем как видим сами. Наша школа занимается обучением на трассах, так что пишем как люди, которые знают горы Красной Поляны, но программу конкретных курсов не ведут. Детали программ у организаторов отличаются.

Теория: типы лавин и условия схода

Первый день почти всегда начинается в классе или на террасе кафе с доской и маркером. Скучно? Немного. Но без этой части практика превращается в игру с датчиками.

Рассказывают, какими бывают лавины. Лавина из рыхлого снега начинается в одной точке и расползается вниз треугольником, как песок с горки. Пластовая лавина, или «снежная доска», опаснее: целый пласт снега срывается одновременно по широкой линии, и человек, который его подрезал, оказывается в середине. Мокрые лавины идут весной и в оттепели, тяжёлые и медленные, но с огромной массой.

Потом — условия. Крутизна: большинство лавин сходит со склонов, которые лыжнику кажутся самыми привлекательными, не слишком пологих и не слишком крутых. Свежий снег: чем больше и быстрее он лёг, тем меньше он успел связаться с тем, что было под ним. Ветер: он переносит снег с одной стороны гребня на другую и наметает подушки, которые выглядят безобидно. Температура: резкое потепление ослабляет связи в снежной толще.

И главное понятие теории — слабый слой. Снег лежит не однородной массой, а слоями, как пирог. Если где-то внутри есть непрочный слой, верхний пласт лежит на нём, как книга на мраморном столе. Одного лыжника достаточно, чтобы книга поехала.

Практика: поиск датчиком и откапывание

Это часть, ради которой многие и идут на курс. И она оказывается сложнее, чем выглядит на видео.

Лавинный датчик. Его носят на теле под курткой, и весь день он работает на передачу. Если кого-то накрыло, остальные переключают свои датчики на поиск и идут по сигналу. Звучит просто. На практике сигнал меняется, стрелка дёргается, в суете люди забывают перевести свой прибор на поиск и мешают друг другу. На курсе это отрабатывают десятки раз, пока руки не начинают делать это сами.

Поиск ведут поэтапно. Сначала — поймать сигнал, прочёсывая склон полосами. Потом — идти по нему, пока расстояние быстро сокращается. Потом — точный поиск у самой поверхности снега, датчиком крестом, почти касаясь снега.

Щуп. Когда датчик показывает минимальное расстояние, в снег втыкают лавинный щуп, чтобы найти человека точно. Щуп ставят по спирали от точки с самым сильным сигналом, перпендикулярно склону. Когда щуп упирается во что-то мягкое, его оставляют на месте как ориентир.

Лопата. Откапывание — самая тяжёлая и самая недооценённая часть. Снег после лавины плотный, как бетон, и его приходится перекидывать тоннами. На курсе учат копать не вертикально вниз, а ступенчато, организуя людей в цепочку: передний рубит, задние отбрасывают, меняются по кругу. Такая схема экономит силы и минуты.

Ещё одна привычка, которую ставят на курсе и которая потом остаётся на всю жизнь, — утренняя проверка. Перед выходом группа встаёт в линию, гид переводит свой датчик на поиск и проходит мимо каждого: работает ли передатчик, заряжены ли батарейки, включён ли прибор вообще. Кажется формальностью, пока однажды у кого-то не окажется выключенный датчик в кармане рюкзака. На курсе обычно рассказывают и о том, что носить с собой: щуп и лопату у каждого, а не одну на группу, потому что лавина может накрыть именно того, у кого лопата.

Минуты здесь решают всё. Главный принцип, который повторяют на каждом курсе: спасают те, кто рядом. Спасатели с горы придут, но первые минуты после схода — на вас.

Чтение склона и снега

Второй практический блок — умение оценить склон до того, как на него выехать.

Учат смотреть на рельеф. Где склон становится круче. Где он выпуклый, а где вогнутый: выпуклые перегибы опаснее, там снег растягивается. Что ниже склона: пологий выкат или обрыв, деревья, овраг, в котором человека засыплет глубоко. Какая экспозиция: северные склоны дольше хранят слабые слои, южные быстрее прогреваются к полудню.

Учат читать знаки. Свежие сходы на соседних склонах. Трещины, бегущие от лыж по снегу. Звук «вуф», когда пласт проседает под весом. Свежие надувы у гребней. Каждый из этих знаков значит, что склон сегодня не для вас.

Копают шурф — яму в снегу, по стенке которой видно слои. Делают простые тесты на устойчивость: вырезают колонну снега и смотрят, по какому слою и от какой нагрузки она сходит. Инструкторы курса обычно честно говорят, что один шурф — это одна точка, и соседний склон может быть устроен иначе.

Отдельно учат читать лавинный прогноз, который публикуют службы в горах, и понимать, что значат уровни опасности.

Кому курс нужен в первую очередь

Тем, кто уже выходит за пределы трасс с гидом или собирается. Фрирайд в Красной Поляне — только с гидом и лавинным снаряжением, и это не формальность. Но гид — один человек. Если лавина накрыла именно его, группа должна уметь его найти. Курс превращает вас из пассажира в участника.

Тем, кто занимается скитуром и ходит вверх своими ногами. Подъём по склону в стороне от трасс — это та же зона риска, только медленнее. Про сам скитур и отличия от фрирайда мы писали в статье скитур и бэккантри.

Родителям подростков, которые начали уходить в лес между трассами. Лес кажется безопасным, но и там бывают небольшие сходы, а кроме того, ямы у деревьев, в которые затягивает человека вниз головой.

И тем, кто просто катается у края трассы после снегопада. Даже на курорте бывают участки, где граница между подготовленным и диким склоном видна только по ленте. Понимать, что происходит за этой лентой, полезно всем.

Что курс не даёт: опыта для самостоятельных выходов

Здесь мы спорим с распространённой ошибкой. После двух-трёх дней курса человек получает сертификат и чувство, что теперь знает всё. Это опасное чувство.

Курс даёт язык и основы. Он не даёт опыта оценки склонов в разную погоду, в разные месяцы, в разных местах. Опытные гиды годами накапливают это понимание и всё равно иногда ошибаются. Человек после первого курса не заменит гида. Он становится внимательным участником группы, который понимает решения гида, может задать правильный вопрос и помочь в беде.

Поэтому после курса правило остаётся тем же: вне трасс — только с гидом, с датчиком, щупом и лопатой у каждого, и только если прогноз позволяет. Навыки поиска стоит освежать каждый сезон: за лето руки всё забывают. А сам выход за трассы начинается с уверенного катания по красным и чёрным, об этом у нас подробный разбор фрирайда в Красной Поляне и материал о лавинной безопасности.

Самостоятельного фрирайдера курс из вас не сделает, и хорошо, что его инструкторы говорят это вслух. Зато в плохой день вы не будете стоять у лавинного выноса с датчиком, который не умеете переключить. Если вы уже проходили такую подготовку, что удивило сильнее всего — поиск, лопата или шурф? А технику на трассах перед целиной поможет подтянуть инструктор, подберём его в Telegram.